Арабизмы татарского языка
Ислам сентября 4, 2009В последнее время на ряде татарских форумов заговорили, что нам татарам де арабские чужие слова не нужны. Якобы у нас и свое божество есть (тенгри) и прочую подобную чушь. Сразу скажу, что современные татары – это сплав крови булгарских тюрок (тюрок Идель-Урала) с Исламом. Не будь одной половинки этого единого целого, не будет и татар. Не будь булгарского/тюркского языка какими бы супер-пупер мусульманами ни были обрусевшие, эта «нация» обречена за неимением своих традиций, основанных на мусульманском нашем прошлом. Также и отсутствие Ислама в душах татар, пусть даже и татароязычных – приведет к ассимиляции их среди обрусевших марийцев, чувашей, удмуртов, русских и мордвы, которых тут уже принято называть русскими. История татар, да и вообще тюрков такова, что напрашивается вывод «Тюрки без Ислама – не тюрки», ибо имеют низкие антиассимиляционные качества.
Вот тут на одном из форумов и решил я ответить некому Рустему на его тенгрианские антимусульманские крики, выраженные в стихотворной форме также подобием стиха
, пусть и вышло это истинно по нашенски по-графомански:
Росли в саду, которая у Волги
Мы – славные Идель-Урала сыновьи,
И петь, читать намаз и говорить
Татарча, учили нас там соловьи;
О Булгар или Идель-Урал -
Татаристан ты мой прекрасный!
Красив как ты, так твои люди,
Пытаются чернить тебя напрасно!
Как роза в цветнике растет,
Казань, цветущая посреди сада,
40 мечетей нам освещают,
Путь избавления от ада
И мы идем, и в этом путь наш
И вот уже как тыщщу лет
Как наши деды оставляли
Нам свои книги – вот их след;
Идем мы по проторенной дорожке,
А Коран – нам освещает путь,
А слова дедов, как наставления:
«Не расслабляйся, на чеку будь!»
И тут Рустем обвинил наш Ислам,
Дедовский, что тэнгречелек проклял,
Рустем тех, кто мечеть клал,
Прозвал ворами,
А место где мечеть стоит -
Святыми же горами;
Факихов – проституткой он назвал,
А наших мулл – чертями,
Дополнил же слова свои
Сиротскими детями;
Асхабов видела якобы он,
у дев в объятиях горячих,
И муэдзинов проклинал,
Как будто бы совсем незрячих.
Ну что мы скажем, пусть кричит
Враги Ислама – были, будут
И сколько б такие не кричали
Ведь караван идет? Идет.
Как-то на ишака опрокинули краски,
И разноцветным стал ишак
И в отражении увидав
Он стал собою красоваться:
И так он встанет, так то так,
И он подумал: «Я – павлин»,
И стал копытами махать
Но сколько б не крутил ногами
Павлином все же не бывать.
Так и Рустам, наш Афандей,
Решил, что он здесь всех мудрей,
Стал на мечети он плевать,
И мулл как хочет обзывать;
Увидел, как-то, он арабов,
Что те же люди, что и мы,
Они кричат, что «мусульмане»,
А на деле – грехов полны;
Те, что в Россию прибывают,
На женщин падки, да и те
Честь свою им под ноги бросают,
Не ждут, пока их схватят…
Увидел этих проституток,
И развратных пустыни сынов,
Подумал: все они такие,
Как и религия Ислам
Велит им это…
Тут Шайтан
Набросил на него свою удавку
И встретил, может, пару раз,
Он пьяных мусульман, и тут же
Подоспел к нему шайтан,
И затянул удавку туже;
На плече у него шайтан,
А на шее же – удавка,
Нет кислорода – нету мыслей
У нашего героя в голове
Был славный месяц Рамазан,
И мусульмане все постились,
А две-три женщины у дома,
Со сплетнями в теньке «возились».
И шел Пророк, он величайший,
Ведь он печатью пророков ставший,
Единственного Бога он посланник,
И раб его, наш мира странник,
Услышал он, как эти женщины у дома,
Сплетничали, говоря неправду,
сказал тогда им наш Пророк
Что они посты свои прервали
Нет нет! вскричали те,
Ведь мы не ели…
Мы и не пили, а только говорили
Вы сплетничали – «мертвечину кушали»
Сказал Пророк и…
Тех бедняг начало тошнить,
И на глазах у честного народа
Явили мясо красное они
Кровь мясо, отвратительное зрелище
Все это те спрятать не смогли;
Так и Афандей, что с крестом на аватаре,
На поле битв – вОрону подобен,
Нет ничего что священно, нет ни харама
Запретно нам – для него сьедобен.
Так знай же, ты, о человек,
Что носит имя персидского Батыра,
Ты растоптал всю память предков
Но не буду звать тебя кафиром;
И есть в тебе и Вера, и Ислам,
Но ты и сам ведь это знаешь,
Но обманул тебя шайтан,
Украл все лучшее, чем ты обладаешь;
Ведь предки наши жили по законам,
Любили Бога, и его Пророка,
Ты пойми, Ислам – не вера только для арабов,
Многие народы были среди его асхабов;
Бедуины – грязные сыны пустыни:
За ними и читать нельзя намаз,
Так завещал Пророк в хадисах!
Но есть ведь и плохие среди нас.
И среди арабов есть достойные сыны,
Не стоит все сводить к арабам,
У нас в татарском языке,
Не перечислишь и все фарсизмы разом;
А ведь в Исламе не было фарси,
Его подняли Навои и Фирдоуси,
И многие другие, Аттар, Руми,
И в татарский он проник, этот фарси.
Был мусульманский мир, и был у него,
Араби, Фарси и тюрки – мусульман язык,
А русский считался греховным языком
Т.к. по тюркски грех – язык, язык…
И знали все татары этот мусульман язык,
И путешествовали по миру, зная,
Что татары – мусульманского мира часть,
А не Московии, с его «грехами»;
«Татарину толмач не нужен» говорили,
Когда учили все наш мусульман язык,
И джадиды первыми очистили его
От арабизмов и фарсизмов, и что?
Что мы получили, и что?
Гордость, что у нас есть свой язык?
Но энергетика уже не та,
И за спиною нашей никого,
Не Бухары, и не Кабула,
И не Стамбул, и не Герат,
И не Карши, и не зират,
где деды наши спят, до Дня,
Когда мы станем бояться все Огня…
Зират… И тишина, никто не слышит криков,
А деды ведь кричат: Улым! Улым!
И просят нас молиться и Коран читать,
А как читать?
Не знаем мы ни араби, ни Алиф-Лям,
Не знаем, что за «чудо» это ведь «Альхам»,
А алиф не отличим мы даже ведь от палки…
Короче, без арабизмов татары жить не могут,
Как без ислама, за который предки погибали,
Их все «крестили» и «крестили», их мечами
И женщин, и детей – всех добивали.
Как можно так, как ты, Рустем,
После того, что сотворили наши предки,
Топтать их Веру, что на губах была,
Всех умиравших наших дедов;
Ведь именно Ислама сила помогла,
Остаться среди верных Богу,
Неужто думаешь, тогда
«Арабизм» топтался где-то сбоку?!
Арабизм – это не поклонение арабам,
Что ныне также как и мы живут,
Есть и хорошиее, и плохие,
Многие у шайтана на поводу идут;
Арабский знать ты не обязан,
Но некоторые арабские слова,
Если у тебя татарский разум
Татарин знать обязан – окупиться сполна:
Ведь мы не русские, а мусульмане,
Ведь мы татары, и язык у нас другой,
И ценности как и ментальность
У нас другие, не русские и все.
Ничего я против русских не имею,
Хочешь быть им – будь, не в праве запрещать,
Но я татарин – мусульманин,
И не тебе, в татарском грех искать,
Татарский язык чист от мата, гнусности, пороков,
Так как полон арабизмов и фарсизмов наш язык,
Поэтому и дожил до нынешнего века
Татарский мусульманский наш народ.
Арабский – не язык арабов, ну пойми же,
Это Корана пречистого язык,
А арабам ты оставь им диалекты,
А нам – литературный наш язык.
Литературный – язык Ислама,
Которому уж более 1000 лет,
Как булгары приняли Веру,
Так сильнее оружия с тех пор и нет,
Ведь язык татарский – мусульманский,
Он сохраняет от всех бед,
Аллаh, Аллаh, – ведь тоже арабизм,
Так запрети еще произносить его,
Когда нам плохо, вспоминаем,
Все те слова, что ты нам хочешь запретить,
И Богу всех миров мы прибегаем,
И от шайтана, все мы убегаем,
Желая сохранить язык;
Язык и Веру, и народ наш,
Не зря ведь умирал мой дед,
Что на полях сражений, было дело,
Решили как-то нас крестить,
Но не крестились мы, любили Родину,
И Бога славили, и на устах,
Всех умиравших был Аллах…
сентября 7, 2009 0:32
Только вот чуваши не обрусели!
Мы были, есть и будем!
И обрусевать не собираемся. НИ ЗА ЧТО!!!
Так что ассимиляция среди чувашей вам, татарам, не грозит.
сентября 16, 2009 17:11
Чуваши также обрусевают, и это только вам из-за того что чуваши составляют более половины населения Чувашии кажется, что они не ассимилируются. Скажу вам, что они ассимилируются даже поболее, чем татары. И про каких это татар среди чувашей вы говорите? Если про Чувашию, то понятно, тамошним татарам (на севере несколько казанско-татарских деревень, на юге – несколько мишарских) ассимиляция не так страшна, как нижгарским или мордовским татарам, окруженных русскими. А в Татарстане чувашей много, и все они зовут себя русскими. Очень мало тех, кто признает свое чувашство, и это не есть хорошо.